Добавь приложение вконтакте Я поэт 24 часа

Зарабатывай на материалах по школьной литературе


Две стороны одной монеты.


<
Дата: 2009-08-25 16:10 Просмотров 1139
Рейтинг произведения 0,00
Одобряю Не одобряю

Мой проводник по Тлеющей степи – кентавр чубарой масти – напрягся всем телом и сжал во вспотевших ладонях лук. Я физически ощущаю, как вцепились, будто когти барса, копыта в каменистую почву, как перекатываются волнами под шкурой мышцы, больше похожие на плетёные ремни. Я перестал дышать и впервые со дня нашего выезда из городка не стал спрашивать, что происходит.
Но давайте обо всём по порядку. Моё имя просто и незатейливо – Актан'Вор-Рашид, равно как и моя профессия, из-за которой меня не один раз пытались поймать за мои длинные светлые волосы и поджарить живьём на вертеле. Эти вар¬вары степи столь грубы и невоспитанны, что презирают божественную речь эдионов, к коим, впрочем, и принадлежит моя скромная персона. Да, пусть эти «варвары» строят крупнейшие города, да, пусть у них самая крепкая экономика, да, Эйя меня подери, пусть этим поганым существам принадлежит библиотека Эдра! Но каким же скудным разумом нужно обладать, чтобы потрошить заживо переписчиков книг и последователей доблестного в своём бесстрашии пред этими существами Илона'Зир-Дара!
Но я отвлёкся. Понимаете, я один из последователей доблестного Илона'Зир-Дара, автора небезызвестных «Описаний земель, стран, территорий, различных тварей, на них обитающих, племён, обычаев и народов». На эти описа¬ния ушли сорок и ещё четыре года беспрерывных трудов на чужих землях! Величайший труд, но, увы, не настолько пол¬ный, как хотелось бы. И вот я, последователь, собираюсь дополнить эти труды ещё одной жалкой главой про птицелю¬дей, легенды о которых разносятся по всему материку!
Без особых трудностей наняв в безымянном городишке единственного на всю округу охотника, я отправился верхом на смиренном ослике в опасный путь, дабы…
Сожри, Эйя, мои глаза и выплюнь их на горячую сковородку! Я собственноручно вырву язык тому пьяному лгуну, который вовсю расхваливал красоты птицелюдей!
- Ляг на камни и не шевелись, - прошипел у меня над ухом проводник.
Я опешил, задрав голову и глядя в лазурное небо, но кентавр всё решил за меня и до меня. Он грубо опрокидывает меня на раскалённую каменистую почву с моего ослика и придавливает копытом. Поплыли тени.
- Не рыпайся, щень, - просипел кентавр, натягивая тетиву.
И тут я их рассмотрел. Клянусь богами, я исполню, что обещал!
Неровным клином из-за скалы на нас вылетели некрупные, не больше человека, существа. В них нет ничего распрекрасного, как рассказывают иногда в тавернах, если только вы осмелитесь назвать красивыми самих существ. Широченные, длинные, в десять размахов горного орлана, крылья вместо рук, покрытые не то щетиной, не то тонкой чешуёй. Оскаленные в хищной усмешке морды – лица? – увенчаны короткими, но очень широкими клювами цвета спелой сливы. Вместо ног у птицелюдей оказались длинные тёмные лапы, покрытые щетиной. И всё это «великолепие» украшал хвост, являющийся, по всей видимости, продолжением позвоночника, точнее, копчика.
- Как вы их называете, милорд? – кентавр оскаливает зубы в едва заметной усмешке.
- Пти… птицелюди.
- Ну вот. А знаешь, как этот ваш Илон-Дар их называл? Избранные.
Я спутника не слушал; я весь был захвачен и унесён далеко-далеко этими существами.
- Правда, охотники их в насмешку нагами называют. Только и разницы, что хвост вместо змеиного птичий, а так по¬вадки те же. – С этими словами кентавр плавно спускает стрелу и она, заждавшаяся своего часа, вонзается в грудь птице¬человека. Тварь молча упала на землю, а остальные, поднявшись выше, улетели обратно.

***

Илон'Зир-Дар любовно переписывал путевые заметки в чистую тетрадь. Один кусок, одну жалкую главу, он вырезал намеренно, чтобы не разочаровывать людей окончательно. Скомканные листы он надёжно спрятал в полости стола так, что никто и никогда не найдёт.
«В своих утомительных путешествиях по материку я остановился в маленькой неприметной таверне, в безымянном городишке на границе с Тлеющей степью. Таверна эта, вне всякого сомнения, достойна быть… Местные завсегда¬таи рассказали мне несколько презабавных историй, среди которых стоит выделить историю о богатой женщине… Но наиболее интересны и загадочны следующие сведения, предоставленные мне любезным старым охотником, кентавром: глубоко в степи, вдали от источников воды и запасов пищи, обитают некие существа, похожие и на птиц, и на людей одновременно. Существа эти появлялись из ниоткуда, словно вечный ветер заботливо соткал их из песка и камня, присовокупив несносный норов и ярость, достойную имперского легиона. К сожалению, сей охотник наотрез отказался провести вашего скромного слугу в самое сердце степи, и мне осталось дожидаться каравана, могущего довезти меня до соседнего крупного города. В это время я набирался опыта и знаний.
Об этих существах ходит множество легенд, и что из них правда, а что вымысел решать вам. Но хотелось бы мне поведать наиболее правдоподобную историю. Известно ли вам, кто такие наги? Змеетелые твари, не знающие ни руки властелина, ни цивилизации, ни жалости. Наги – это перевоплотившиеся души всех королей, князей, герцогов, императоров, чиновников, правителей; всех, кто тянулся к власти и деньгам. Некоторые учёные считают, что многие наги сохраняют рассудок и память, но всё равно становятся безжалостными охотниками за чужими сокровищами, сродни драконам. Птицелюди же, согласно легендам безымянного городишка, происходят от великих учёных, философов, пророков, музыкантов и писателей – словом, ото всех, кто стремился не за дешевизной, но за качеством. От тех, кто на деньги смотрел с понятным презрением и пытался облагородить почву разума простых людей, отягощённых каждодневными проблемами. Охотник так же рассказал мне о том, как птицечеловек прорвался в городишко и, долетев до дома старой вдовы местного философа, разбил окно. Охотник успел убить тварь раньше, чем та уронила перо на ковёр вдовы; женщина после того случая держалась ото всех особняком, а на охотника поглядывала с ненавистью.
Хотелось бы так же поведать несколько легенд, связанных с этими существами ”
Илон'Зир-Дар остановил перо, снующее туда сюда по ровным, разлинованным заранее листам и бросил взгляд на стол, туда, где лежала безжалостно выдранная глава о птицелюдях. Он нажал на спусковой механизм, и дверца, отделявшая его от листов, съехала в строну; любовно расправил измятые листы и взялся за перо по-новой.
«Раздумывая над природой этих созданий, я пришёл к немногословному, но единственно верному выводу о том, что любые человеческие усилия рано или поздно, но пресекаются божеством, дабы неизбранные – крестьяне, батраки и прочие-прочие – не познали власть и саму сущность вещей. За алчность и жадность наказывают вечной жаждой богатств и всего нового, за стремление к гармонии и знаниям – огромными крыльями и жутким нравом, но оставляя память, дабы Избранные, как я их теперь буду называть, смогли лицезреть свою кончину от руки дражайшего ему человека»
Старик полюбовался на написанное и размашисто мазнул по нему пером, а потом ещё и ещё. До тех пор, пока от новой, сияющей, но такой корявой мысли не осталось и следа. Половина листа была измочалена острым кончиком пера.
В по-детски чистых слёзах старика отразилось пламя свечи.



ПРОЧИТАЛ? - ОСТАВЬ КОММЕНТАРИИ! - (0)
Отправить жалобу администрации

> 1 <

Пока комментариев нет

> 1 <

Комментарий:

CAPTCHA

10 Рейтинговых стихов
ТОП Рейтинговых стихов
Комментарии: (0)


Rambler's Top100